"подводная лодка"
интернет-магазин
"подводный флот россии" форум энциклопедия подводных лодок
нереализованные проекты
персоналии литература книга памяти фотоархив


продвижение сайта петербург

аренда генераторов
Поникаровский Валентин Николаевич

Родился в 1927 году в Кировской области. Отец — бухгалтер, мать — домохозяйка. После окончания средней школы поступил в Ленинградский военно-механический институт, где отучился один год. Образование высшее — в 1949 году окончил Ленинградское Высшее военно-морское училище им. Фрунзе. Занимался плаванием и лыжами, перворазрядник по обоим видам спорта. Получил распределение на Черноморский флот. Позднее проходил службу на Северном и Тихоокеанском флотах. В 27 лет стал командиром подводной лодки. В 1960 году, в звании капитана второго ранга, поступил в Военно-морскую академию. Успешно ее закончил. В 1966 году был назначен заместителем, а через два года стал командиром дивизии атомных подводных лодок. Служил в оперативном управлении Главного штаба ВМФ СССР. Позднее был начальником штаба — первым заместителем Командующего Черноморским и Северным флотом. С 1971 по1981 год возглавлял Военно-морскую академию. Награжден орденами Октябрьской революции, Боевого Красного Знамени, Трудового Красного Знамени, Красной Звезды, «За службу Родине в Вооруженных Силах», «За боевые заслуги», а также болгарским орденом «9 сентября». Кроме того, 21 медалью. Женат. Два сына. Оба моряки подводники. Старший — закончил Ленинградское Высшее военно-морское училище подводного плавания им. Ленинского комсомола, капитан первого ранга. Младший — Черноморское Высшее военно-морское училище ордена Красной Звезды им. Нахимова, капитан второго ранга. Проживает в трехкомнатной квартире. Имеет небольшую дачу, которую построил сам. За рулем — с 1961 года. Первой машиной был «Москвич-408», затем две «Волги». Недавно приобрел «Москвич-2141». Любимец семьи — миттершнауцер. С детства занимался рыбалкой, любил охоту. В Крымских лесах охотился на волков, косуль. Член Санкт-Петербургского клуба моряков-подводников. Почетный член Морского собрания Санкт-Петербурга. В настоящее время — профессор.

 Валентин Поникаровский: "Я не «ястреб», я — советский адмирал"


— Валентин Поникаровский рвался в моряки еще в Великую Отечественную. Но маловат был. Может быть, потому и уцелел, в отличие от одноклассников, которые были чуть старше и попали на Курскую дугу. Но на флот все же попал. Стал флотоводцем. И даже выйдя в отставку преподает слушателям Военно-морской академии дисциплину «Управление силами при подготовке и ведении боевых действий».
— Да, быть моряком — моя давняя мальчишеская мечта. В войну я несколько раз писал заявление в училище, но меня не принимали по причине малолетства. Но мне повезло. Когда я пришел лейтенантом на Черноморский флот, как раз началось крупное строительство флота — и подводного, и надводного. Я мог себя реализовать. И уже в 27 лет стал командовать средней дизельной подводной лодкой. А позже, мы с экипажем на подводной лодке, построенной на Николаевских верфях, как смеялись потом, «через Волго-Дон на Долго-Вон» внутренними путями перешли на Северный флот. Потом некоторое время послужил на Камчатке. А, окончив Военно-морскую академию, отказался от должности начальника штаба соединения дизельных подводных лодок, увидев перспективу развития атомного флота. Мне предложили гвардейскую атомную подводную лодку «К 22», потом ее назвали «Красногвардеец». И я снова отправился на Северный флот. Служба тяжелая — до 280 суток в году под водой. То есть, в год минимум два похода на боевую службу, плюс полигоны боевой подготовки с другими кораблями и другими командирами. Только в Средиземное море нырял семь раз. Начиная с 1967 года атомные подводные лодки несли там службу на постоянной основе, чтобы противостоять Шестому американскому флоту. Так мы и плавали. С одной стороны, американские авианосцы и субмарины. С другой — 4-6 атомных и бригада дизельных подводных лодок с Северного флота, плюс надводные корабли Черноморского, Северного и Балтийского флотов. Анализируя происходившие в те времена конфликты в районе Средиземноморья, думаю, что если бы не мощь нашей эскадры, то заваруха с участием американцев была бы обеспечена. По крайней мере, трижды — в 1967, 1969 и 1973 годах — крупные военные конфликты были предотвращены только наличием сводной советской эскадры.

— Тогда Валентин Поникаровский и стал флотоводцем?
— Я командир соединения, мне всего 40 лет. Впереди вся служба. Тут меня отправляют на штабную работу в Москву, и уже после, в 1975 году я попадаю в разряд флотоводцев, будучи назначенным начальником штаба — первым заместителем Командующего Черноморским флотом. Но позагорать мне не дали. Главком спросил: не жарко ли там вам на Черном море. Вы же по рождению и службе северянин. Пришлось с ним согласиться. И уже после Севера возглавил Военно-морскую академию. Это довольно солидная должность, не начальник училища.

— Не считает ли Валентин Поникаровский, что состав слушателей Академии в те годы, по сравнению с сегодняшним днем, был заведомо профессиональнее?
— Что такое для офицера есть учеба в Военно-морской академии — это перспектива дальнейшей службы. Если взять статистику тех лет, то из 100 офицеров сюда попадали только 7 человек. Был большой входной контроль. Мы действительно принимали тех, кто нужен флоту, у кого есть перспектива роста по службе и польза от его воинской деятельности. А сейчас никаких экзаменов нет. Ни на флоте, ни в Академии. Зачастую учиться направляют не тех, кто нужен, а лишь бы кого подальше от корабля сбагрить. Я не скажу что это худшие, но и не «сливки».

— Значит, мы, тем самым, закладываем под флот мину замедленного действия? Ведь именно выпускники Академии в будущем должны занять высшие командные посты…
— В какой-то мере да. Ранее были более жесткие порядки, начиная от формы ношения одежды. Попробуй кто-нибудь придти в Академию, одетым не по форме! Сейчас — не моряки, толпа гражданских лиц. На занятиях присутствует чуть больше половины группы. Остальные на заработках. То вагоны грузят, то в фирмах подрабатывают. Надо же кормиться, зарплату месяцами не платят. Практически отсутствует ежедневная самоподготовка. Когда-то, моими стараниями, срок обучения в Академии увеличили с двух до трех лет. Сегодня снова вернулись к сокращенному выпуску. Но технический прогресс не остановился. Равно как и требования к подготовке кадров. Так что какая-то мина замедленного действия сейчас, действительно, закладывается.
И вообще, сейчас читаешь родную литературу, и диву даешься. Во-первых, путаница понятий. Какие-то государственные экономические интересы. Откуда это все? Ведь Петру не приснилось во сне, и не просто захотелось выйти на берега Балтики. Национальные интересы требовали выхода России к морю. Чтобы развивать торговлю, связи с иностранными государствами. Неужели сегодня национальные интересы России в мировом океане уменьшились? Когда я служил на Севере начальником штаба — первым заместителем командующего флота, мы охраняли и промысловый флот. Несли службу даже у берегов Аргентины. А сейчас кто их охраняет? Каждый, кто не пожелает, арестовывает российские суда. Рухнул промысловый флот. А оставшимся на плаву выгоднее не везти морепродукты к себе на родину, а сбывать в местах лова. Где взять деньги? Приведу пример, только в Охотском море мы за год теряем от браконьерства денежные средства в объеме, на который могли бы построить бригаду кораблей для охраны водного района. Это не досужий вымысел, а реальный расчет ученых Академии. Кстати, данные совпали с докладом бывшего начальника Федеральной пограничной службы генерала Николаева Государственной думе России о необходимости защиты морских границ. Что такое Вооруженные Силы?

— Аппарат насилия, предназначенный для защиты интересов государства…
— Это необходимый атрибут, без которого государства быть не может. А аппаратом насилия их сделали сегодня. Когда численность МВД составляет 3.2 млн. человек, а Министерства обороны — 1.2 млн. Так не должно быть. Армии, по сути, нет. В том же Дагестане и Чечне воевать некому. Россия не может развиваться как государство, если не поймет, что ее национальные интересы сосредоточены, в том числе, в Мировом океане. И как бы наш Президент не утверждал, что на нас никто не нападает, я думаю, если дело так дальше пойдет, то за Югославией будет Россия.

— Оказывается, адмирал Поникаровский — «ястреб»?
— Я не «ястреб», я — советский адмирал. И здравомыслящий человек.

— Тогда существует ли для него понятие «морская столица России»?
— Это наш город. Санкт-Петербург. Все основные судостроительные заводы и наука, обеспечивающая строительство флота, сосредоточены здесь. В Санкт-Петербурге расположены все Высшие военно-морские училища страны, за исключением Тихоокеанского и Калининградского. Так что, де факто, наш город и есть Морская столица.

Первому в России Морскому собранию — Кронштадтскому — в будущем феврале исполнится 90 лет. Ранее эти организации объединяли только военный состав. Кто такой военный моряк? Это тот, кто уже на готовом, построенном корабле выполняет свои задачи. Но мы не должны забывать о промысловом флоте, океано-исследовательском флоте, о судостроителях. Это люди, которые делают одно дело. Я полностью поддерживаю идею создания не военно-морской касты, а общности всех, кто причастен к защите национальных интересов России в Мировом океане, в том числе кораблестроителей и судовладельцев.
 

Источник: Альманах «Личности Петербурга»: №6 Морская столица

Главная Морская столица История Организации Кают компании Гарнизоны Фото-видео Новости